Что интересного сказал тогда Джованни Сальветти (который, напомню, сейчас является «фронтменом» клуба кредиторов Украины) и насколько его слова актуальны сейчас? Судите сами.

Во-первых, Сальветти отметил, что инвестиционное подразделение банка Rothschild очень активно работает в регионе Восточной и Центральной Европы. В соседней России оно занималось реструктуризацией долгов крупнейшего российского должника – компании «Русал» (объем задолженностей – $16,8 млрд.). В Беларуси – консультировало правительство Лукашенко (!) по вопросам приватизации целого ряда объектов госсобственности. В Украине же, со слов самого Сальветти на момент интервью (т. е. в 2009 году), было лидером на рынке слияний и поглощений. А также реструктутуризации частных долгов.

В частности, назывались такие сделки, как покупка молочной корпорации «Фани» (банк выступал советником покупателя – компании Lactalis), приобретение страховой компании «Скайд Вест» польской PZU. Затем специалисты банка Rothschild консультировали итальянский Banca Intesa по покупке «Укрсоцбанка». Когда там «не срослось», продали «Правекс-Банк» Intesa SanPaolo и консультировали еще ряд финансовых организаций по вопросу покупки украинских банков. Занимались реструктуризацией долгов «Кредитпромбанка» и банка «Надра» после их краха в 2008 году.

Любопытно, что главным профилем работы банка Rothschild в Украине Джованни Сальветти назвал именно финансовое консультирование. «Мы не одалживаем деньги и не участвуем в рисковых операциях, тем самым оставаясь не похожими на другие глобальные инвестиционные банки», – подчеркнул он.

Но при этом добавил, что интересы его структуры не ограничиваются только консалтингом и финансовым посредничеством при сделках по слиянию и поглощению. «Традиционно банк Rothschild специализируется на работе в нескольких секторах, – сказал он. – Прежде всего это финансовый сектор. Кроме того, это фармацевтика… Одним из главных преимуществ фармацевтической отрасли этого региона является хороший уровень производства генериков, и наш банк закрыл наибольшее количество сделок с компаниями-производителями этой продукции». А дальше – самое интересное. Рассказывая о том, что, по его мнению, может быть больше всего интересно Ротшильдам в Украине, Джованни Сальветти назвал, помимо финансового сектора, фармацевтики и сектора потребительских товаров, украинскую сельскохозяйственную отрасль.

И вот с этого места мотивы, почему Ротшильды вдруг решили скупить долговые обязательства нашего государства, становятся в значительной степени очевидными. Рано или поздно (судя по развитию экономической ситуации, скорее рано, – автор) наступит момент, когда деньги закончатся в принципе, потенциал переговоров по реструктуризации будет исчерпан и встанет вопрос: чем платить? Единственным рентабельным товаром, который сможет предложить Украина, является земля. Пока приватизировать сельхозугодья иностранным компаниям запрещено. Но это пока. А как показывает долговой опыт Аргентины, кредиторы в подобных ситуациях от своих намерений не отступают. Тогда долговые расписки нашего Минфина могут плавно превратиться в платежные документы: земля в обмен на списание долгов.

Конечно, на сегодняшний момент это еще фантазии. Однако время бежит быстро. Кстати, в 2009 году, во время тогдашнего кризиса, Rothschild&Cie также занимался реструктуризацией наших задолженностей и сетовал на падение интереса со стороны инвесторов.

Слова итальянца Сальветти, сказанные им пять лет назад, когда никто даже в самом страшном сне не мог вообразить войну в Украине, сохранили свою актуальность до сих пор: «Интерес к входу в капитал со стороны инвесторов сейчас очень ограничен – частные инвесторы, за редким исключением, невероятно напуганы происходящим в стране…».